Вехи классификации

11.12.2012

Проведенная в сентябре 2012г. «Афише-Еда» дегустация более чем 40 российских вин доказала: картина российского виноделия уже достаточно сложна, чтобы не смешивать на одной дегустации вина масс-маркета и какие-то топовые позиции. Пора разбирать наше вино категориально, отделяя мух от котлет, только так у потребителя возникнет какое-то видение того, что происходит с нашим вином и куда оно движется. Проще всего разбить виноделов на противоположные лагеря по нескольким категориям, тем более что они напрашиваются сами:


«Гаражные» – крупные


Деление очевидно и по размеру производства, и (как правило) по наличию или отсутствию лицензий. Российские гиганты, вроде «Фанагории», «Абрау-Дюрсо», «Мысхако», «Кубань-Вино», «Цимлянских вин» держат большую часть рынка, их вина заполняют полки супермаркетов. Часто, во всяком случае, для базовых линеек, прикупается импортный балк. Разумно поступает Андрей Романов, построивший для балка отдельную винодельню и продающий недорогие качественные вина под маркой «Русский Азов», параллельно развивая проект «Вилла Романов» со своих виноградников. Кстати, не так давно на Кубани Шато Ле Гран Восток, имеющий огромные по европейским меркам 250 на виноградником, называли «маленькой винодельней».

Гаражных, или микровиноделов, всё больше год от года, во всяком случае тех, что рискуют выходить на выставке, удивляя публику. Не заморачиваясь, они часто наносят на этикетки просто свои имя и фамилию. Помимо «Семигорья» (оно же «Папа Гена»), «Ключа жизни», «Собер-Баша», это Каракезиди, Толстой, Прохоров, Генераленко и др.


Автохтонисты – международники


На любой дегустации вас удивит клан всё тех же гаражистов, приверженных автохтонным сортам и те, что стоят на бордоских блендах. Сразу оговоримся: в России за 60 только описанных местных сортов Дона, Терека, Кубани и Дагестана, но посадки их ничтожно малы, не более 5-10% от общих. В пользу автохтонов тот факт, что они действительно хорошо районированы, мало болеют, не мёрзнут в нашем климате. Их минус – низкая распространённость при практическом отсутствии питомников. Да и неизвестность публике играет роль, а ну-ка, какую бутылку за 500 р скорее возьмут с полки: пино нуар или варюшкин?

За «иностранцев» и тот факт, что саженцы, например, из Италии, поставляются поднаторевшими в этом деле компаниями по модели «всё включено» вместе со шпалерами, проволокой, услугами по разбивке виноградников и т.д.

Вот почему «автохтонистов» так мало. Это такие винодельни, как «Ведерников», «Ключ жизни», «Собер-Баш», встречаются автохтонные сорта у Каракезиди, «Кубань-Вина», «Фанагории» и др. У них есть определенное будущее: автохтоны лучше переносят морозы, считает энолог «Гран Востока» Лоран Дюбрёй, а Андрей Куличков («Собер-Баш») уверен, что если чем и удивит мир россия, так это структурой красностова и ароматикой цимлянского.

Особый тренд – кавказский дуб. Он схож с французским, интересен прямой ароматикой и ввод его в оборот значительно бы удешевил стоимость российских вин, выдерживаемых пока в массе во французских барриках. Seguin Mareau и Radoux давно закупают древесину в Адыгее и продают бочки под именем «восточноевропейских». Лишь самым дотошным во Франции объясняют – дуб кавказский. Такие баррики довелось увидить и у Château Margaux, и у Roederer. Единственное, о чем бы задуматься радеющим у себя за экологию французам – как варварски для них вырубаются кавказские леса…


Профранцузские – самостийники


Разговоры о качественном виноделии в России, во всяком случае, на столичном уровне, начались с приходом иностранных консультантов, и это факт. Повелось так, что большинство наших консультантов – французы. Все помнят Франка Дюсенёра («Шато Ле Гран Восток», теперь новый «Шато Талю» в Геленджике). Теперь в «Востоке» его преемник Лоран Дюбрё. Замелькало имя Жерома Барре («Кубань-Вино»). Качественным переходом было появление Патрика Леона в «Лефкадии», Алена Дюга в «ГайКодзоре». Недавно вышел в свет Филипп Рику из «Раевского». В компанию стоит добавить и австралийца Джона Ворончака («Мысхако» и «Фанагория»).

Консультанты приносят за собой французскую философию и, безусловно, французские сорта. Впрочем, работают и с автохтонами, и с гибридами, подобно Дюсенёру, который правда, и обрусел почти, он на Кубани живёт 9 лет.

Противоположная философия – это отечественная школа, мудро заимствующая какие-то начинания западной. В полльзу её состоятельности говорит, например, фигура опытного А.Д. Карпенко, творца «Звезды Тамани» и «Ключа Жизни». Вспомним также Яниса Каракезиди, Алексея Толстого, Николая Пинчука и многих других виноделов, всему научившихся в российских вузах, а то и вовсе самостоятельно.


Белые-красные


Типично новосветская ситуация, когда на одном винограднике растут совиньон блан, шардоне и мерло стала привычной для наших экспериментальных виноделен. Постепенно ситуация меняется, встречаются винодельни, например, делающие только красные вина.

Парадокс вот в чём. Прохладный климат, известковые почвы во многих частях России вроде как способствуют производству белых. Тому доказательства – удачные 200-летние эксперименты с рислингом или ркацители на Дону или в Пятигорье. Аргумент против – в том, что в нынешних условиях пока не освоены горные терруары, которых масса даже под жарким Сочи, соответственно, низок необходимый для белых перепад ночных-дневных температур. Август в южной России – один из самых жарких в Европе, сравнимый разве что с испанским или южно-итальянским. Соответственно, и красные вызревают хорошо, набирая легко алкоголь в 14°, и белые выходят тяжеловатыми. Тогда одним из лучших применений для белых становятся креплёные вина Геленджика или Дербента, или же нужно поднимать виноградники выше, или собирать виноград раньше. В 2012 это делали уже в августе… Но, разумеется, хорошие белые есть: это и удачные эксперименты с алиготе не Тамани у «Фанагории» и «Кубань-Вина» (у сорта, кажется, большое будущее в России). И вионье и русанн «Гай-Кодзора», и белые бленды «Гран Востока», и новые тихие вина «Абрау-Дюрсо», сделанные Алексеем Толстым.